Молочные кухни: родители и врачи – за, Минздрав – против

Молочные кухни: родители и врачи – за, Минздрав – против

Круглый стол экспертов питания, педиатров, представителей общественности и Министерства здравоохранения, посвящённый судьбе молочных кухонь в Перми, состоялся, как уже было рассказано, 28 января в Министерстве здравоохранения Пермского края.

Мероприятие, проведённое по инициативе пермской газеты «Звезда» и родительской общественности, стало первым широким экспертным обсуждением в присутствии руководства Минздрава, хотя о незамедлительном и регулярном проведении таких встреч говорила ещё заместитель министра здравоохранения Людмила Чудинова в ноябре 2015 г. Тогда, под давлением протестующих против закрытия молочных кухонь родителей, Минздрав был вынужден отменить свой приказ о переходе обеспечения детей с натуральных и свежих кисломолочных продуктов на сухие смеси.

Однако встреча показала, что мнения двух сторон – общественности и Минздрава – так и остались, по сути, диаметрально противоположными. Минздрав хочет от молочных кухонь избавиться, а родители, эксперты и общественные организации – их сохранить и совершенствовать.

Мы продолжаем вас знакомить с материалами состоявшейся дискуссии (см. также часть1 ).

Людмила Ёлтышева, организатор сбора 7,5 тысяч подписей пермских родителей против закрытия молочных кухонь:

«Мы всё также хотим, чтобы молочные кухни в Перми остались, мы настаиваем на том, чтобы произошла их модернизация. Ранее они назывались пунктами детского питания, и там отпускалась не только молочная продукция, но отвары шиповника, мясные бульоны, мясной фарш. Нам бы очень хотелось, чтобы это всё возрождалось и чтобы эта продукция могла быть реализована в розницу, т.к. есть большие группы людей, которым она необходима. Это люди с гастритными заболеваниями, в послеоперационный период, это пенсионеры, подростки, а не только маленькие дети. А продукцию молочных кухонь нам бы хотелось оставить бесплатной для маленьких детей, как это действует и сейчас.

И у нас есть ещё предложение. Поскольку и Минздрав поддерживает кормление грудью, а женщины, которые кормят грудью длительное время, начинают терять и волосы и зубы, то мы бы хотели, чтобы была поддержка и кормящих матерей в виде специального поддерживающего питания, которое также могут производить и распределять через отработанную систему молочных кухонь. Нам хочется, чтобы Пермь была передовым городом в поддержке подрастающего поколения, материнства и нуждающихся в особом питании людей. Что мы не закрываем, как это делают многие, а идём на опережение».

Екатерина Васькина, член инициативной группы родителей:

«В период кризиса многим семьям качественная молочная продукция не по карману. В этот понедельник я была на молочной кухне. Молоко как бы можно купить и в магазине, но люди выстаивают в очереди в -15, -20 градусов с детьми, бывает и по 30 минут. Если бы это не нужно было родителям, если бы эта продукция была не востребована, разве стояли бы? Я не знаю такой магазин и такую продукцию, которой бы доверилась взамен того, что дают на молочной кухне. А сейчас я знаю, что мой ребёнок будет сыт и у него не будет никакого отравления».

Однако у Министерства относительно молочных кухонь были явно другие планы.

Начальник отдела по организации медицинской помощи детскому населению и родовспоможению Елена Черкасова:

«Касаемо молочных, одна из обсуждаемых моделей состоит в том, что сейчас есть много конкурирующих между собой по качеству молочной продукции производств. Нужно сделать централизованный выпуск продукции в малой фасовке, в тетрапаках, с маленьким сроком годности, с обеспечением доставки в отдалённые территории.

И обсуждается программа по предоставлению матери определённой суммы до достижения 8 месяцев. Если мама кормит грудью и не нуждается в смешанном искусственном вскармливании, то тогда эту сумму она может потратить на что-то для ребёнка, например, памперсы, но не продукты питания. Мы закладываем мотивацию мамы на грудное вскармливание.

Что касается прикорма с 4-х месяцев до года. Наши молочные кухни по нашему приказу могут обеспечить детей молоком, творогом и кефиром. Мы рассматриваем тот ассортимент, который был раньше: фарши, бульоны, соки и т. д. Мы разговариваем с нашими производителями, которые могли бы эту продукцию выпускать. Мы выходили в частности на «Семью» (сеть гипермаркетов, имеющая также своё производство хлебобулочных изделий, салатов и мясных полуфабрикатов, контролируемая бывшем губернатором Пермского края, ныне живущим во Франции О. Черкуновым).

Поскольку речь зашла о неких альтернативных молочным кухням производствах, то я, как член Центрального совета Родительского всероссийского сопротивления, поинтересовался, что же будет именно с молочными кухнями, за существование которых подписались 7,5 тысяч пермяков? Закроют ли их, как обещала министр здравоохранения Ольга Ковтун к 2017 году?

Елена Черкасова: «Кто вам сказал, что мы с января 2017 года однозначно закроем молочные кухни? Мы сейчас говорим о том, чтобы сохранить производство молочной продукции для детей в мелкую фасовку и с маленьким сроком годности».

Павел Гурьянов: «Значит, молочные кухни не закрывают?»

Елена Черкасова: «Мы разговариваем с производителями. Есть Нытва, Кунгур, Коми-округ, где уже есть налаженное производство. Если они могут организовать производство молочной продукции на своей базе в соответствии со всем канонами, то почему нет?»

Павел Гурьянов: «И тогда молочные кухни в Перми закроют?»

Пытаясь выручить из затруднительной ситуации свою коллегу, в разговор вступила Татьяна Романовская. Елена Черкасова охарактеризовала её как «член нашей команды», а сама себя она представила как сопредседателя общественного совета по защите прав пациентов: «Да почему закроют. Никто об этом не говорит! Просто ищут площадки для производства питания для детей в крае и к обычному набору продуктов кухни хотят добавить и другой ассортимент…».

Однако общественники потребовали однозначного ответа, собирается ли Минздрав, как и планировал, закрыть молочные кухни?

Павел Гурьянов: «Правильно ли я тогда понимаю, что молочные кухни в Перми точно не закрывают – это первое. И второе – для обеспечения детей в крае детским молочным питанием, поскольку там уже закрыты все молочные кухни, вы ищете площадки на молочных производствах края. А город вы точно не трогаете. Здесь отставляете всё как есть и только модернизируете. Правильно ли мы вас поняли?».

Но чиновникам, видимо, понравился этот ход: прикрываясь возможным созданием на территории пермского края производств, которые бы выпускали продукцию, схожую по качеству продукции молочных кухонь, закрыть молочные кухни именно в Перми.

Елена Черкасова: «Почему только Пермь должна получать детское питание? Мы сегодня хотим, чтобы были уравнены в правах ребёнок, который живёт в Гайнах и который живёт в Перми. Мы сейчас смотрим, насколько можно модернизировать существующие в крае молочные производства, чтобы была адаптированная молочная продукция для детей всего края. В Кунгуре готовы просчитать, сколько будет стоить для того, чтобы обеспечить весь куст: Кунгур, Оса и близлежащие маленькие деревушки. Потом на производстве детской продукции должна быть не только молочная продукция, должен быть фарш, должен быть сок, пюре».

Павел Гурьянов: «И молочные кухни уже выпускали это в советское время».

Елена Черкасова: «А молочная кухня ничего из этого делать не умеет!».

В действительности же на одной из молочных кухонь в Перми до сих пор изготавливают специальный мясной фарш для детей, пользующийся большой популярностью. Странно, что министерство здравоохранения, управляющее молочными кухнями, об этом не знает или специально вводит в заблуждение родителей и экспертов.

Елена Черкасова: «Мы смотрим оптимальные варианты. У нас есть год. Если у нас будет создано такое предприятие, вы будете держаться за свои молочные кухни? А если будет создано производство в Кудымкаре, в Гайнах, Нытве?»

Павел Гурьянов: «Если они будут созданы, то это замечательно. Но сначала их нужно создать. И всё же, что будет в Перми?»

Елена Черкасова: «Никто не говорит, что надо закрыть молочные кухни, не дав ничего взамен. Мы идём по пути замены устаревшего молочного производства на нормальную цивилизованную фабрику молочной продукции».

Таким образом, планы по закрытию молочных кухонь остаются в силе, но что пермские семьи получат взамен? Обещания построить некие замечательные молочные заводы? Наши власти ещё умеют строить производства, а не только их закрывать?

К дискуссии подключился главный врач детской больницы №3 Шинкарик Игорь Геннадиевич. Он также является главным внештатным педиатром Пермского края. Как рассказал Игорь Шинкарик, сразу после назначения его на эту должность в декабре 2015 г. автор отменённого приказа о закрытии молочных кухонь министр Ольга Ковтун дала ему поручение разобраться в ситуации, организовать работу молочных кухонь и организацию питания детей до 3-летнего возраста.

Игорь Шинкарик: «Я уже вышел на кафедру факультета усовершенствования врачей, на профессора доктора медицинских наук Красавину Наталью Александровну, которая является диетологом и давно занимается вопросами питания детей и просто дал ей задачу. И она уже предварительно сказала: есть в настоящий момент производства, которые уже производят продукты, отвечающие всем требованиям здорового, правильного и сбалансированного питания.

Она привела в пример Киров, который производит продукт, название которого я не знаю. И они уже завозят этот продукт к нам в магазины. Он без консервантов, с минимальным сроком. Есть продукты, которые производит Екатеринбург, есть Удмуртия. Наша задача – не просто предоставить продукт взамен того, что давала молочная кухня, а в том, чтобы дать ещё и более расширенную линейку. Мы предоставим возможность мамам самим выбрать тот продукт, который понравится именно её ребёнку».

Павел Гурьянов: «Но нельзя при этом изымать из этого выбора молочные кухни, оставив только ассортимент привозного заводского производства! Иначе это не выбор!»

Слово взяла Аверьянова Наталья Ивановна, руководитель кафедры пропедевтики детских болезней:

«Не секрет, что здоровье наших детей лучше не становится. Сейчас, когда экономическая ситуация в стране и в городе не самая оптимальная, говорить, что родители не нуждаются в поддержке государства в вопросах вскармливания детей мы не можем. Я являюсь экспертом совета по питанию. Минздрав России вместе с союзом педиатров разработал Национальную программу питания детей 1 года жизни, и 2 февраля был экспертный совет по питанию детей от года до 3-х лет. Ситуация такова, что если мы здоровье детей первого года жизни как-то сумели более менее сохранить и питанием, и молочными кухнями, и грудным вскармливанием, то после года мамы многие уходят на работу, грудью кормить прекращают, а если не будут получать поддержку, то это здоровье детей не улучшит. Сейчас в нашем стационаре гематологии лежат дети. Поступают с гемоглобином 68 при норме 110-115. Т. е. существуют дефициты питания и у мам, и у детей. Поэтому наше детство нуждается в поддержке. Прочитав тот приказ Минздрава, я от него была тоже не в восторге. Надо преобразовывать, совершенствовать производство на наших молочных кухнях».

Но представителей Минздрава в этот день переубедить было невозможно.

Игорь Шинкарик: «В Москве молочных кухонь тоже нет. Там есть «раздатки», которые выдают готовые продукты промышленного производства».

Господин Шинкарик только забыл уточнить, что в Москве на молочных кухнях выдаются творог и кефир торговой марки «Агуша», имеющие сроки годности 9 и 14 дней соответственно. Это продукты американской корпорации Pepsi-Cola. Оба производятся не по ГОСТу, а по техническим условиям (ТУ).

Выдача детского питания в Москве

К чему иногда приводит употребления таких продуктов, которые итак можно приобрести в магазине, рассказала Людмила Ёлтышева: «У меня ребёнок с отравлением недавно попал в больницу, покушав молочный продукт промышленного производства».

Игорь Шинкарик: «Я за то, чтобы наши профессора сказали, какие продукты промышленного производства в настоящее время соответствуют современным уровням. Если таких продуктов нет – дать здания производителям. Идеальный вариант, если этот продукт будет пермского производства, но надо смотреть на реалии сегодняшнего дня…».

Вернуть главврача детской больницы к настоящим реалиям попыталась руководитель кафедры пропедевтики детских болезней.

Наталья Аверьянова: «В Кирове есть своё производство, но на его создание ушло около 5 лет. И нам нужен переходный период, чтобы не остались мы без ничего. И пока этого ничего нет – кухни нужны. Иначе мы упадём в такую яму по здоровью, по смертности, если сейчас всё закроем. Об этом и нечего говорить! Нам нужен подготовительный период».

Игорь Шинкарик опять попытался успокоить: «Вопрос о закрытии вообще не стоит. Стоит вопрос о реорганизации детского питания до 3-х летнего возраста по адресности, по расширению ассортимента, по возможному включению дополнительных продуктов, которых не было и которые показаны в силу анемии, отклонении в здоровье».

Я отметил, что Игорь Шинкарик всё же говорит только о продукции заводского производства и приводит, в частности, в пример продукцию из Екатеринбурга. Я напомнил, что в упомянутом Екатеринбурге, где вместо кефира и творога молочных кухонь дети получают кисломолочную продукцию молочного завода ООО «Молочный кит» из г. Богданович Свердловской области, срок хранения кефира — 12 суток, а творога — 18, при том что срок хранения продукции молочных кухонь — всего сутки. Это связано с тем, что как сообщает ООО «Молочный кит», продукция завода «проходит дополнительную стадию ультрафиолетовой обработки перед фасовкой в герметичную упаковку». Т.е. это мёртвый продукт, не содержащий необходимых для здорового функционирования желудочно-кишечного тракта микроорганизмов. Кроме того, продукция производится не по ГОСТУ, а по техническим условиям (ТУ) завода.

И наконец, главная претензия РВС состоит в том, что молочный завод в Свердловской области принадлежит французской компании Данон из страны, которая в составе блока западных стран во главе с США объявила России холодную войну, ввела против неё санкции и объявила, что будет всячески противостоять «агрессии России в Европе». Детское питание — стратегическое направление, определяющее национальную безопасность, — ни в коем случае нельзя передавать в руки представителей страны, входящей в НАТО, считают в РВС. Ведь если завтра правительство Франции объявит французскому бизнесу, что он должен закрыть все свои производства в России из-за новых санкций, то тот вынужден будет подчиниться. И Россия, закрыв собственные молочные кухни, останется вообще без детского питания. Кроме того, нельзя исключать и того, что через завод, контролируемый иностранцами, иностранными спецслужбами может быть осуществлен акт биологической диверсии, с целью подорвать здоровье, а следовательно, и экономику нашей страны. Нечего и говорить, что ещё большие вопросы возникнут к продукции американской компании Pepsi-Cola, которая повсеместно в России пытается заменить своими продуктами натуральные и свежие кефир и творог, сделанные на молочных кухнях.

Игорь Шинкарик тут же поспешил заверить: «Данон даже не рассматриваем».

Хочется спросить, а «Pepsi-Cola»?

Однако другие представители Минздрава почему-то не были столь категоричными. Завсектором по охране материнства и детства Наталья Долгомирова поспешила вступиться за иностранного производителя: «На самом деле в Екатеринбурге производитель Данон, но он находится на территории Свердловской области».

Павел Гурьянов: «Я бы не доверял здоровье детей, т.е. национальную безопасность страны в руки иностранцев».

Игорь Шинкарик: «Это должны решать специалисты-диетологи, которые разработают техническое задание, что продукт должен соответствовать определённым требованиям. На основании этого задания можно будет, исходя из тех производителей, которые есть в настоящий момент, выбрать тех, которые близлежащие и соответствуют срокам доставки».

Владимир Гребенюк, помощник депутата ГД РФ О.Куликова, озвучил ещё одно разумное требование к такого рода производствам: «И предприятие должно быть на территории Пермского края».

Целесообразность данного требования к комбинату детского питания — находиться рядом с Пермью и использовать местное сырье, помимо соображений развития экономики Пермского края, состоит ещё и в том, что наиболее полезными для здоровья ребёнка являются местные для него продукты.

«Идеальный вариант — это территории Пермского края. Но это сложно и на это может не оказаться финансового ресурса. », — посетовал главный педиатр.

Мошенцева Людмила Павловна, доцент кафедры гигиены питания пермского медицинского университета, не разделила надежд Минздрава на скорую возможность заменить продукцию молочных кухонь заводским производством: «Если это будет завозная продукция с других территорий, то риск отравлений будет достаточно высок. Это будет такая же продукция, которая реализуется в магазинах. Это не вариант. Она должна производиться здесь на нашей территории. Даже из Кирова надо ещё привести сюда».

Представители Минздрава продолжали цепляться за соломинки совсем уже слабых аргументов.

Наталья Долгомирова: «Но у нас кухни рассчитаны на определённые мощности, и мы не можем взять кухню и увеличить её мощность в 4 раза».

При этом таки и осталось загадкой, зачем увеличивать мощности в 4 раза, если требуется лишь дооснастить кухни новыми машинами и аппаратами взамен старых, не автоматизированных.

Представитель инициативной группы родителей Людмила Ёлтышева рассказала, то что видела на кухне своими глазами: «В Орджоникидзевском районе площадь кухни 650 кв.м. Я там была. Считаю, что там площади вполне позволяют увеличить объёмы производства. Там проведён очень хороший ремонт в июле 2014 года, там были закуплены новые установки. Тогда с какой целью были вложены в это деньги? Сейчас это всё надо будет убрать? В ваших выступлениях красной нитью идёт «промышленное производство». А нам хочется, чтобы бы была молочная кухня, которая могла бы также продавать свою продукцию».

Екатерина Васькина, также член группы родителей: «И мы не хотим «Агуш» и «Данонов». Это всё лежит на прилавках магазинов. Нам этого не надо. Там срок годности – месяц. А мы хотим маленький срок годности – сутки, потому что тогда там всё живое. А если перейдут на продукцию заводского производства, то за сколько времени её будут сюда доставлять? Если сейчас молочные кухни не всегда успевают вовремя развести по раздаточным пунктам, то как машины из другого города будут привозить? В молочных кухнях ночью продукт поставили готовиться, а к вечеру мы уже детей кормим. И мы им доверяем. А в случае заводской продукции её на какой-то машине везут, в холод обязательно заморозят, а потом разморозят».

Людмила Ёлтышева поддержала коллегу и поделилась своим профессиональным опытом: «Я была товароведом по молочной продукции и помню, как у нас приезжала машина, которая возит творожки. Они могли прийти заледеневшие, их было даже страшно выкладывать на прилавок! И я понимаю, что после разморозки там всё нарушено. А в жару оно приходит тёплое даже в рефрижераторной машине. Плюс оно в коридоре какое-то время простоит. И как такой продукт давать детям?»

Игорь Шинкарик попытался отмахнуться: «Ну, это вопросы к производителям…»

Представители общественности не согласились с главным детским врачом края: «Нет, это вопрос и к Минздраву, и ко всем нам. Допустим ли мы разрушение отработанной системы в пользу той, к которой возникают все эти вопросы?».

Игорь Шинкарик не сдавался: «Риски на молочных кухнях намного выше рисков нарушения в транспортной компании!»

Очень странно было это услышать от человека, в ведении которого находятся молочные кухни. И он, якобы зная о такой страшной угрозе, которую они несут детям, не требует их незамедлительного закрытия. Как и не требовали их закрытия на протяжении 70-80 лет его предшественники. Может быть, потому что они не столь опасны?

Людмила Ёлтышева: «Вы знаете конкретные случаи отравлений? Отравления заводской продукцией происходят регулярно».

Однако Игорь Шинкарик продолжал наводить жути: «Сегодняшние риски намного превышают риски нарушения транспортировки и нарушения правил хранения. Производители контролируют намного больше и чаще, чем на кухне».

Почему молочная кухня, которая принадлежит государству и подчиняется непосредственно Министерству здравоохранения, меньше контролируется министерством, чем частные производства и транспортные компании, Игорь Шинкарик опять оставил без расшифровки.

Людмила Мошенцева, доцент кафедры гигиены питания пермского медицинского университета, также не согласилась с тем, что частники контролируют свою работу лучше государственных учреждений здравоохранения: «Больше и чаще они не контролируют. Сейчас периодичность контроля для всех единая. И маленькую молочную кухню контролировать гораздо легче».

Гурьянов Павел, обращаясь к представителям Минздрава, подытожил мнение экспертов и родителей: «Если, по вашему мнению, детям необходима именно качественная заводская продукция, то вы сначала постройте завод, продукция которого будет не хуже того, что производят молочные кухни, и тогда потом мы вернёмся к обсуждению вопроса, нужно ли оставлять молочные кухни».

Продолжение следует. Думаю, на основании всего озвученного уже можно с достаточной степени точности сделать вывод о том, что, кто и зачем хочет сделать с нашими молочными кухнями. Но об этом в следующей статье.


Добавить комментарий